Реклама

Ветерану Великой Отечественной войны старшему лейтенанту Петру Федоровичу Скородумову 12 июня испо

Почтальоны Балашихи хорошо знают невысокого, с военной выправкой человека и номер его квартиры в доме по улице Советской. Ежегодно, накануне Дня Победы, с необычными пакетами в руках заходят они в слабо освещенный подъезд старого дома и поднимаются по крутым ступенькам. Такие пакеты вручают лично в руки, ведь на них — особенный адрес отправителя: «Москва. Кремль. Президент». Этого адресата не раз поздравлял Борис Николаевич Ельцын, вот уже несколько лет подряд поздравляет Владимир Владимирович Путин:
«Уважаемый Петр Федорович! Примите мои искренние поздравления с Днем Победы! В истории ушедшего столетия не было битвы более жестокой, чем Великая Отечественная война. И не было подвига выше, чем подвиг нашего народа. Мы свято чтим Ваше мужество, самоотверженность и героизм всех фронтовиков, отстоявших независимость государства, будущее детей и внуков. И всегда будем сверять свои поступки с величием духа Солдата Победы. Уважаемый Петр Федорович, желаю здоровья, бодрости и всего самого доброго Вам и Вашим близким. Низкий поклон и благодарность».


Все поздравления Петр Федорович бережно хранит в алой папке вместе с посланиями губернатора Московской области Б. В. Громова, главы администрации городского округа Балашиха В. Г. Самоделова.

А в голубой папке — «книга жизни» — рукопись Петра Федоровича, написанная его крупным, четким почерком. Вот уже тридцать лет подряд пишет ветеран о себе и своих родных, о фронтовых товарищах, о войне. Эта работа помогает ему оставаться в строю, не сдаваться недугам возраста. Пишет, дополняет, исправляет. Дни, месяцы, годы, названия населенных пунктов, события, имена людей -все в памяти...

Ничего этого я ещё не знала, когда звонила в квартиру, представляя себе прикованного к креслу или лежащего в постели старика. Девяносто лет, как ни крути. Отворил мне улыбающийся пожилой человек, седой, голубоглазый, в светлой выглаженной рубашке, и сразу повел в глубь квартиры. «Значит, адрес верный», — подумала я, торопясь за ним, а встретивший -родственник или сосед…»

— Прошу сюда, на кухню. Здесь просторно, стол большой. За ним я и работаю. — На столе уже лежали заветные папки -алая и голубая. Мгновенно прочитал удивление в моих глазах. -Я и есть Петр Федорович. — И он легко и просто рассмеялся.

— Вот дал Бог встречать девяностолетие. А мне и самому не верится! Ах, как бы радовалась сейчас моя незабвенная жена Татьяна Федоровна! Как отмечали мы с ней дни рождения! Жизнь — Божий дар. Радость- встречать утро, слышать пение птиц, видеть, как раскрываются цветы… Но пожилым людям суждено познать неизмеримую печаль расставания с самыми близкими, дорогими людьми. Это как у Тютчева: «И это надо пережить, и сердце на куски не разорвалось...»

На мгновение он опустил седую голову, смахнул набежавшую слезу. И тут же, выпрямившись, мягко сказал: «Рукопись почитать я дам. Но лучше расскажу. Вас интересует, как я воевал? Не волнуйтесь, память мне не изменила. Да такое и забыть невозможно… Две войны на моем счету. Адо них учился. За плечами школа, плодоовощной техникум в Мичуринске, затем историческое отделение Тамбовского педагогического института. Я был учителем истории в Ново-

сеславской школе Первомайского района Тамбовской области. Да недолго, всего три месяца. Мирную жизнь оборвал декабрь 1939-го. Меня призвали в ряды Советской Армии.

ПРИКАЗ «НЕ СТРЕЛЯТЬ!»

— Военкомат, затем сразу в поезд с допризывниками, который мчал на Запад. Только станции мелькают: Чаплыгин, Дань-ков, Бахмач, Нежин, Киев, Винница, Тульчин. В Тульчине в суворовских казармах нам выдают обмундирование — солдатскую форму, и снова в дорогу. Львов, Тернополь, Перемышль, граница. За Перемышлем — немцы. А наш эшелон идет в юго-восточном направлении до Станислава (ныне Ивано-Франковск). Здесь меня зачисляют курсантом 5-го эскадрона связи. Становлюсь кавалеристом диви-
зии, входящей в состав Киевского особого военного округа. Думалось, что вся эта военная служба не надолго, скоро вернусь в школу к ребятам. А оказалось, — надолго, на годы…
Итак, я — связист, кавалерист, у меня — свой личный боевой конь. С лошадьми обращаться умел с детства. Родился-то я в крестьянской семье, одиннадцатый ребенок по счету. Лошади в хозяйстве всегда были, и ухаживать за ними, управляться отец учил. С малых лет я уже знал, что такое сбруя, хомут, гужи, тяжи, супонь, подпруга, седелка, вожжи, шлея, попона. Знал, с какой стороны запрягать лошадь, как её взнуздать. Знал, что умный конь хозяина не бросит, на него не наступит, дорогу домой найдет всегда. В этом плане мне было легче, чем другим. Но все равно занятия были сложными, мы не только должны были восстанавливать связь, но отлично владеть карабином и саблей.
В июне 1940-го поступил приказ двигаться в сторону Восточных Карпат, к границе с Румынией. Тогда шли переговоры о возвращении Румынией Советскому Союзу двух территорий: Бессарабии и Северной Буковины. Мы ждали приказа о начале военных действий. Наш эскадрон перешел последний рубеж по понтонному мосту через реку, на душе тревога, и вдруг радостное сообщение: «Не стрелять! Договорились мирным путем». Румынские войска отошли тихо, без единого выстрела. Мы возвращались в Станислав. Путь неблизкий, но было радостно от сознания того, что никого не убили, не ранили, никто не пошлет нам вслед проклятия. И наш эскадрон цел и невредим. Лично для меня, историка и педагога, это было очень важное событие и незабываемое время.

ЗА РОДИНУ! ЗА СЕВАСТОПОЛЬ! ЗА ФЕОДОСИЮ!

По возвращении пятый эскадрон был расформирован. Курсанты были направлены на южную границу в составе батальона связи танковой дивизии Закавказского военного округа (Армянская республика). Всем было присвоено сержантское звание. Здесь, в Армении, и застала война теперь уже сержанта связи Петра Скородумова. 12 июня 1941 года он отметил свое 23-летие, а 22 июня началась война. Уже вечером 22 июня вся танковая дивизия и её подразделения были приведены в полную боевую готовность.
— Мы находились тогда в Араратской долине, рядом -граница с Турцией, которая вела двойственную политику. Германия рассчитывала на ее удар с юга. В августе меня назначают командиром комендантского взвода 2-го стрелкового батальона 509 полка. Принимаю пополнение с новобранцами закавказских республик, веду военную подготовку. Трудно. Многие не знают русского языка. Под Москвой, Ленинградом, в Крыму -ожесточенные бои. Мы — в ежедневном ожидании важного распоряжения. Декабрь 41-го. 236 дивизия грузится в эшелоны. Прощай, Закавказье! Перемещаемся ближе к Новороссийску. Здесь мы впервые увидели в небе немецкие юнкерсы с крестами, услышали звуки разрывов, и осознали — мы уже на войне…
Я вижу, как предательски дергается лицо ветерана, начинает дрожать рука, которую он старается прижать к столу. Понимаю, пережитое им не растворилось, не ушло из души…
— Бывали вы когда-нибудь в Новороссийске?
— Да, — отвечаю я. — Город ветров. Цемент во рту хрустит.
— Верно. Только вы, скорее всего, там были летом, а мы — в декабре. Лютое время, ветер ледяной… Принимаем участие в знаменитой Керченско-Феодо-сийской десантной операции на Черном море. Боевая задача -овладеть плацдармом Крымского побережья, оттянуть силы противника от Севастополя, ликвидировать угрозу вторжения фашистских войск на Северный Кавказ через Керченский пролив.
На всю жизнь запомнил сержант взвода 2-го батальона 236-й дивизии 44-ой армии Петр Скородумов день 28 декабря 1941 года, погрузку на транспортное судно «Ташкент».
— Все подразделения 509 полка заполняли его. Люди, кони, военная техника…Загруженный до отказа «Ташкент» взял курс на Феодосию. Декабрьская ночь прикрывала его отход. Штормило. Усилилась пурга. Палуба быстро покрывалась наледью. От набегающих волн судно переваливалось с одного борта на другой. Изнуряющая морская качка выводила из строя даже бывалых моряков. А на судне были и женщины… Нервы были на пределе. Охраняя судно на море, нас сопровождал один эсминец. 31 декабря в порт Феодосии вошли катера-охотники с моряками. Первыми они устремились в атаку. Вслед за ними в атаку ринулись и боевые части с «Ташкента».
Нас буквально поливало огнем. Фашисты засели в траншеях, бункерах, зданиях. Мы перед ними были как на ладони. Но был приказ: «Только вперед! За Родину! За Севастополь! За Феодосию!»
Если кто-то скажет вам, что на войне не страшно, — не верьте. В момент страшной опасности естественно желание упасть, закрыть голову руками, зарыться в землю. Страх — в каждой клеточке. И ты… борешься с ним. Моряки, их мужество, их пример помогали нам. Я видел, как бойцы-ай-зербаджанцы, видимо для храб-рости, скучивались, прижимались друг к другу и становились мишенью для фашистов. В эти группы и летели снаряды. Нас обстреливали и с воздуха. «Ташкент», который мы покинули первыми, так и не разгруженный, со всей военной техникой, медикаментами, продовольствием пошел ко дну…
Только вперед! Перешагиваешь через трупы, спотыкаешься о тела, но только вперед… Вот и берег позади, бои уже на улицах Феодосии. Огнем мы выкуривали немцев из квартир, домов, где они прятались на чердаках и в подвалах в надежде спастись. К рассвету подразделения нашей дивизии были уже за пределами города и продолжали наступление вдоль побережья Феодосийского залива. И здесь шли ежедневные бои за каждый населенный пункт. Фашисты упорно пытались сбросить советские части в море. Большие потери были и в моем взводе.
Особенно тяжело далась победа за населенный пункт «Ближние камыши». Позиции просматриваются, простреливаются, -вспоминает Петр Федорович. -Надо окопаться, а как? Кругом камень, лопатка его не берет. Противник ведет артиллерийский и минометный обстрел. Бой шел целый день. Дорогой ценой заплатили мы за взятие «Ближних камышей». Земля буквально покрылась убитыми, изувеченными, ранеными…

ФАШИСТ СТРЕЛЯЛ В МЕНЯ И СМЕЯЛСЯ…

Каждый день на войне непредсказуем. Январь 42-го только набирал обороты. У сержанта Скородумова новое задание — доставить пакет в соседний пункт.
— Проселочной дорогой отправился в путь. Навстречу двигались наши войска. Настроение было хорошее. Вот поравнялся с колонной танков. Думалось, дадим жару теперь фрицам. Какая помощь идет! И вдруг совершенно неожиданно из-за облаков вынырнула стая немецких самолетов. Они шли журавлиным клином, резко снижаясь.
Оглянулся по сторонам, — ни траншей, ни оврагов, никаких укрытий. Танки, люди — всё как на ладони. Бомбы уже летели
вниз. Сообразил, что надо бежать в сторону. А сколько метров успеешь пробежать?! Пятнадцать, двадцать… Первый же взрыв отбросил навзничь, на землю. Я лежал на спине и смотрел в небо.
— Немцы, видимо, знали о танковой колонне и имели четкую задачу — разбомбить её, -продолжает рассказ Петр Федорович. — Запас бомб у них был. И не только бомб. На нас летели и начиненные металлом бочки. Звук их падения не передать словами. Это был ад. Рев, грохот, свист… Земля дрожала. А самолеты летели низко, заходили снова и снова, расстреливая бегущих из подбитых танков бойцов. Я видел, как один из самолетов летит прямо на меня. Я видел лицо немецкого летчика. Фашист смеялся. Пули очередью прошли рядом со мной… Через двадцать минут все было кончено. Колонны танков не было. Покрытый пылью и копотью, я поднялся. Меня шатало из стороны в сторону, но я шел, еще не поняв, что контужен. В штабе, где я вручал пакет, на меня все как-то странно смотрели. Были во взглядах и удивление, и жалость. Я и не знал, что поседел, не замечал, что дергается половина лица и предательски трясется рука… Услышал тогда от людей бывалых, что выжить в такой ситуации мало кому удается. Мне повезло.
С контузией с фронта не отправляли. Сержант оставался в строю. Бои шли ежедневно. Немцы не оставляли надежды захвата Крымского полуострова, вторжения на Кавказ. В одном из боев сержант Скородумов был ранен. Тяжелейший выход с остальными ранеными из Керчи, госпиталь в Краснодаре, затем в Тбилиси. Возвращение в действующую армию. В огненном 42-м ему было присвоено звание лейтенанта, а летом сорок третьего — старшего лейтенанта.

ЗДРАВСТВУЙТЕ, РОДНЫЕ! Я-ЖИВОЙ!


Выписавшись из госпиталя, старший лейтенант Петр Скородумов учился на курсах политсостава при 9-й Армии Северо-Кавказского округа. Вскоре его направляют в Муромское военное училище связи, которое он окончит с отличием. В июле 1944-го он — в распоряжении Московского военного округа в 1-ом полку связи, летние лагеря которого располагались в Балашихинском районе. Так военная дорога привела его к дороге судьбы, к встрече с красивой и обаятельной девушкой Таней. Татьяна станет женой — единственной, любимой, на всю жизнь…
В День Победы старший лейтенант шел в военной форме. На груди алели ордена Красной Звезды, Отечественной войны 1-й степени, двенадцать медалей. Пройдут годы, оба его сына, разглядывая боевые награды, будут просить рассказать о тех фронтовых годах. В их детских глазах будет удивление и восторг: наш отец — ФРОНТОВИК! А жена станет бережно открывать пожелтевшие от времени конверты писем, которые начинались самыми дорогими словами на земле: «Здравствуйте, родные! Я-живой!»
Стрелки часов торопились уже на четвертый круг, а мы все говорили. Оказалось, что рукопись Петра Федоровича не только о войне. Много глав он посвятил истории страны, в которой родился, своей родословной. Его рукопись — это наблюдения и размышления человека, которому судьба Родины никогда не была безразлична, это взгляд в прошлое и анализ прожитого истинного историка. Подумалось, хорошо бы совету ветеранов объединить память фронтовиков, их рассказы, всё пережитое и издать такой материал. Какой замечательной и нужной для подрастающего поколения получилась бы книга, книга Памяти.

… Ведь мы порою и не знаем,
Что человек, идущий с нами,
Так много в жизни испытал.
Прошел сквозь все —
огонь и воду,
Друзей, товарищей терял.
А спросишь,
тихо так ответит
Одним лишь словом: ВОЕВАЛ!

Валентина ШАРОВА


01:08

Информация

Новым символом Балашихинского района и боевой славы наших земляков стал реактивный миномет «БМ-13» времен Великой Отечественной войны, прозванный в народе «Катюшей», установленный в сквере средней школы № 3 имени И.А. Флерова в сентябре 2003 г. «в память о подвиге батареи гвардейских минометов «Катюша» под ...
Мемориальный комплекс (скульптор Любимов Н.С.) на площади Славы - 9 мая 1973г.: 1.Памятная стела "Они погибли, защищая нас", гранит. Посвящена жителям Балашихи, погибшим в годы Великой Отечественной войны.2.Мемориальные доски городов-героев.3.Аллея Героев "Землякам героям Отечества" (памятные мемориальные доски в нишах) - сентяб...
Автор — скульптор Г.Д.Алексеев, значительное место в творчестве которого занимает ленинская тема. Им создано несколько скульптурных портретов Ильича. Причем вождя он рисовал с натуры, так как ему в самый разгар гражданской войны удалось побывать в Кремле. Этот памятник – истинный шедевр его Ленинианы. Художник изобразил Ильича, произнос...